Автора!!!: ТриПсих: Аппендикс: ОГО!: Общак:

Пентадрама, акт 5: Сборка пентаграммы


1.1

- Дырочка-а... Дырочка-а... Дырка!

Вася звал жутичку уже довольно долго. Но она не отзывалась. То ли обиделась, то ли просто вредничала. Глюк-мечта топтался на пятачке темечка, не смея войти в сознания Бригадира - суровая Опаска могла утопить его в черной кляксе Тьмы первородного Страха в один рык.

Вася уже понял, что, следуя за вывертком, он теряет и без того дохловатые шансы найти того человека, чьей мечтой он является. Мутанты живут в своем непонятном, выдуманном мире. Поэтому Вася решил вернуться в город и ввинтиться в самую гущу человеческих биомасс. Адская работа - поиск единственного человека в толпе. Но в его распоряжении - вечность.

Уйти, не попрощавшись с Дырочкой, Васе казалось невежливым. И не хотелось остаться в её памяти ужасным глюком. Ему не терпелось, прежде чем устремиться на поиски, предстать перед подругой в новом свете. Больше она не будет смотреть на него свысока. Может, даже согласится улететь с ним. Ведь всё равно хотели вместе искать её Серафима.

- Ау! Ну, Дырочка же!

Сознание Бригадира приоткрылось, оттуда потянуло нежилым холодом. Вася на всякий случай отпрыгнул. И не зря. Строгая опаска лениво выглянула наружу. Увидев Васю, вздыбилась.

- Что надо, недоразумение?

Вася отрастил маленькие кулачки и собрал в них всю силу воли, чтобы не сквозануть куда глаза глядят.

- Я не недоразумение, - запинаясь, но решительно, ответил. - Я… мечта… Розовая мечта. Имею честь... Быть.

Опаска с сомнением оглядела Васю.

- Гм… Может быть, во всяком случае, на неё похож. Больше, чем на глюк. Так, чего тебе, кошмарик перезревший? - несколько смягчилась опаска.

- Дырочка… там?

- Там-там…

- Вы не позовете её?

- Откуда?

- Оттуда! Отсюда…

- Здесь её нет.

- Так вы же сказали…

- Сказала: там, а не здесь.

- Где - там? В ТриПсихе? - озадачился Вася.

- А я почем знаю? Собрала вещички, до последнего байта подчистила, и поминай, как звали - усвистала. Оно понятно, дело молодое...

- Как же так? - огорчился Вася. - Мы же договаривались... Мы с ней вместе собирались…

- Не знаю, куда вы там собирались. Но её комната свободна. Если ты насчет жилья, давай занимай. Хорошее место, сюда много охотников. Да я ж не всякого пущу. Ты вроде ничего...

Вася почувствовал, как опаска мельком просканировала его.

- И без чемоданов барахла… Только, чур тебя - у меня не мусорить. Своего добра хватает. И чую, скоро хлама добавится…

Опаска, ворча, поползла обратно. Её невнятное бормотание доносилось уже из глубин Бригадирского сознания.

От такого неожиданного поворота Вася растерялся. Ведь как он ни храбрился, собираясь на поиски своего человека, страшно было одному отправляться в человеческий мир, наполненный ловушками и дикими глюками. Оказалось, зря он так рассчитывал на компаньонку. Эх, Дырка-Дырочка…

- Ты там от радости не умер? - окрикнула Васю опаска. - Не торчи на пороге, ноги вытирай и заходи.

Перспектива обрести уютное жилище казалась более привлекательной, нежели скитание по враждебному миру. В конце концов, Бригадир - тоже человек. И его можно заставить мечтать: ремонт в комнате сделать, обои розовые поклеить, окна вымыть...

А если не понравится или опаска станет доставать, всегда можно будет смыться. Начать поиски никогда не поздно.

На этой утешительной ноте Вася решительно полез в сознание Бригадира и поспешил на брюзгливые флюиды опаски.

- Вот твоя комната, розовый, вот ключ-отмычка доступа. Будет мало места, горизонты помещения сам расширишь - костность за последнее время заметно размякла. Несложная задача для мечты, если не врёшь, конечно... Ладно, располагайся, не буду мешать.

Удаляясь, опаска оглянулась:

- Страшилок, мурашек и прочих бесстыжих заморочек после полуночи в дом не приводить! И не вздумай мне тут мозгоплюйку-шелуху мусорить! Здесь тебе не там. Надеюсь, ссориться не будем. Не советую...

 

1.2

Вася остался один. Огляделся: уютная качалка... ого! - даже телевизор есть... видик для записи снов... на полках несколько томов мемуаров из оксигенной библиотека Памяти Воды... Не слабо Дырочка устроилась...

И только тут осознал:

- Это же теперь моё, я - дома...

Четкое знание - всё будет хорошо, мгновенно утвердилось в Васином сознании, и забытое, с тех пор как исчезла Мамочка, ощущение осветило Васино естество. Он прислушался: тёплое, мягкое, покойное. Может, это и есть уютное гнездышко розовой мечты? Неужели, пришел конец скитаниям бездомного глюка? Похоже, здесь будет легче привыкнуть к своему новому качеству.

Вася залез в кресло-качалку, поёрзал, устраиваясь поуютнее, и включил дистанционной лентяйкой телевизор.

Канал внешнего дальноглядства* закончил трансляцию. На чёрном фоне закрытых бригадирских глаз, пробиваясь сквозь веки, плясали всполохи костра...

- Спит, - понял Вася и переключился на ночной канал сновидений:

... какая-то голая, забрызганная кровью тётенька, заканчивала отгрызать чей-то домик от шеи. Встала, держа отгрызенную голову за волосы, поставила её на резной столик в центре залы и мрачно уставилась в ошалевшие выпученные болью и ужасом глаза...

Сам лишь недавно решительно покончивший с кошмарным прошлым Вася содрогнулся и поспешно выключил дальногляд.

- Фу! Какой ужас! Нет, надо срочно делать ремонт, подлатать съехавшую набекрень крышу! И поторопить моего человечка с конкретизацией мечты...

 

2.

- Уф! Ужас какой! Вывертка уже нет, а мне смерть моя так и продолжает сниться, - очнулся от кровавого сантехнического кошмара Бригадир.

Брикет догорал. Бригадир подбросил ещё один - последний...

 

3.

Вася всё не мог успокоиться после увиденного фрагмента сна. Он даже развернул качалку от телеящика. И не заметил, как зашелестела заминированная в видик кассета с тэта-видением, оставленная мстительной Дырочкой прощальным приветом Бригадиру...

 

4.

...И ожила в голове задумчиво смотрящего на умирающий огонёк костра Бригадира шокирующая циничным откровением сцена:

Будто сидят два пердуна-старца, один в белейшем фирменном рубище бригадира нищих, другой весь в чёрном - кожа, шипы да клёпки. И с пеной у рта спорят эти двое, и никак не могут придти к единому ответу на вопросы: кто виноват и что делать? Упоминали и ругали какого-то агента по кличке Автор. Один бородой всё тряс, другой как свинопас хвостом щёлкал. Грозили друг другу, ссорились, потом признали, что беда общая.

- Кстати, коллега, мы так и не выяснили, что за третья сила поставляет Preservativus'ов, сводя к минимуму популяцию душеносителей?

- К сожалению, этого агент не разнюхал. Ваши архаровцы тоже не добыли информацию?

- Нет, - кисло отвечал рогатый металлист. - Вообще складывается впечатление, что это самопроизвольная мутация…

В итоге старцы нашли-таки выход - умыть руки и пустить всё на самотёк. Этот, весь в чистом - Небесный Смотрящий, понял Бригадир - прямо так и сказал:

- Э, нет, батенька. Не Наша это головная боль. И не твоя. Люди накрутили, пусть сами и разбираются. Каюсь, не надо было, конечно, создавать такую сложную конструкцию: мозги, душу и гениталии в одной оболочке. Потому и ведут себя непредсказуемо...

Бригадир мог дать голову на отсечение - в жизни он этих подозрительных типчиков никогда не видел.

- ...Ладно, в конце концов, Каюк Света никогда не поздно устроить. Вывернем этот мешок наизнанку и пустим в распыл. А пока закупорим дыру, свернём пространство и сдвинем время, чтобы зараза дальше не пошла. И пусть варятся в собственном соку. За столько безнадзорных веков не вымерли и сейчас выживут. Потом заглянем как-нибудь ещё, когда время будет. Других забот полно - у Меня в храмах, вон, свечи на сквозняке то потухнут, то погаснут, а мы всё с этими колупаемся...

В голове Бригадира что-то щелкнуло - словно лента в видеокассете закончилась, и оба старца растаяли туманной дымкой.

- Вот так решаются земные судьбы, - разозлился Бригадир. - Так просто - ну их, пусть живут, как привыкли. Но будут совсем плохо себя вести - устроим конец света. Хозяева, паханы…

А выверток - пророк их? Не зря, ох не зря мутант за ним по лесу мотался, морально-образовательные иллюзии наводил. Ведь легко мог сбежать! К чему готовил? Как того сторожа? Но если выверток умер, кто тогда дрянь морока наводит? Или всё же это остаточный шлейф иллюзий мутанта?..

Голова Бригадира закружилась от обилия информации. Не в свою весовую категорию он полез. С таким массивом казуистики в одиночку не справиться… А поговорить-то теперь и не с кем об этом чокнутом "ТриПсихе".

Совсем запутался. Так вот и сходят с ума... Еще вчера надеялся - выверток всё объяснит: как жить, что делать, и будущее - сквозь призму прошлого и настоящего - станет ясным, как небо над Кремрублёвкой. Но теперь стало сложнее во стократ: вывертка нет, а привычный мир обрёл опасную кривизну. С уродливой неправильностью надо либо смириться, либо... Как дальше жить? Как из заколдованного круга выскочить?

И в этот момент до Бригадира запоздало дошло: выверток не мудрил на поляне во время половецких плясок, выверток его спасал - из кошмара кладбищенского вытаскивал. Так ритм-секция поддержки шамана вырывает своего главаря из бездны транса ударами в бубен, чтобы колдун не заблудился в других мирах. Бригадир застонал:

- Идиот, своими же гадскими руками...

Похоже, оставалось только застрелиться - прямо здесь и сейчас, не дожидаясь рассвета, чтобы не передумать.

Бригадир потянулся за автоматом...

 

5.

Опаска без стука ворвалась в Васину комнату.

- Та-а-ак, - протянула она, встревоженно принюхиваясь, - а ну, встать! Пятки покажи… Кому сказано, покажи пятки, босяк!

Замечтавшийся экс-глюк вывалился из кресла-качалки, перекувырнулся на уши и замер испуганно.

- Да нет, вроде чистые… Кто в хате успел нагадить? Ладно, ты сиди тут себе тихо, не хвулюгань. А я нашему мусорному контейнеру мозги промывать буду. М-да, интересно-интересно… Да как нагадили-то ядрёно. Наш, знаешь, что только что удумал? Стреляться! Я ему дам - стреляться. Пойду, разберусь. Ох уж мне эта дружба уродов…

Вася сжался от нехорошего предчувствия: как же так? Только нашел пристанище, и сразу потерять? Нет, определенно его преследуют неудачи. Неужели сейчас новый приют вдрызг разнесет тупорылая залётная свинчушка? Ну и чего стоят надежды в этом мире? На кой тогда ломать себя болезненной трансформацией в розовую мечту?

Он оглядел скромный чуланчик, который при его появлении заиграл всеми оттенками розового, словно только Васю и ждал всю жизнь. Нет, не может Бригадир просто так взять и всё нажитое нелегким познанием бытия разрушить - своё, Васино, опаскино...

 

6.

Огонь умирал последними всполохами в тлеющих углях.

Бригадир в потёмках ползал на четвереньках и, нервно матюгаясь, шарил в траве трясущимися руками в поисках автомата. Пламенное желание застрелиться и решительность сделать это немедленно стремительно таяли.

- Эх-ма, надо было сразу идти дрова искать, уже упокойником валялся бы себе на здоровье… - пробормотал горе-суицидник и потянулся к рюкзаку за бесполезными гляделками.

За гляделками из рюкзака потянулась какая-то измызганная тряпица. Пока Бригадир, психуя, отцеплял спутанные нитки от гляделкиных заклепок, из тряпки, оказавшейся обрывком давнишней, ещё армейской портянки, что-то вывалилось и глухо шлепнулось на землю. Бригадир наклонился, приглядываясь.

Тошнотворная трупная вонь шибанула в нос.

- Фу! Наверное, недоеденный квашеный мышонок завалялся. Нет, не мышь, хоть и воняет также. Пельмень? Откуда в рюкзаке пельменю взяться?

Бригадир недоуменно уставился на непонятную находку: синюшное, распухшее, волосатое, с корявой татуировкой "з.л.о."*, со следами почерневшей запёкшейся крови...

- Надо же, забыл, скотина! Вот пустил бы пулю в лоб - и сгнило бы Косино ухо на дне рюкзака. А ведь поклялся пацану отнести ухо ортодоксам в молельню - на обряд захоронения... Ну дурак, чуть не застрелился же! Эк меня повело, - затряс головой Бригадир, пытался стряхнуть остатки наваждения неудачного самострела, очнуться от ещё одного кошмарного сна сегодняшней бесконечной ночи. - Сам себя решил переиграть. Бац - и в дамки. И что? Самообманка это. Душа же потом будет маяться тенью неприкаянной в Поднебесной Надземке.

Погрозил неизвестно кому в небесах:

- Фигушки! Не дождётесь, срок мой не вышел... - И угрюмо вздохнул.

Неправильный мир, неправильный он сам. Но додуматься до самоубийства - действительно глупо.

Смешно, но Бригадиру после находки Косиного уха полегчало. Ведь теперь - хочешь, не хочешь - придется-таки идти в город исполнять обещанное. Всё-таки какая-то цель.

- Может, оно и к лучшему. Заберу кой-чего, ухо пристрою и в бега подамся. Неисполненного заказа не простят. Многолетнее рабство на Смотрящего за неотработанное слово мотать не хочу. И не буду... И нечего тут до утра ждать, пойду прямо сейчас. К рассвету как раз к нефтебазе выберусь. А оттуда до "Срани" - рукой дотянуться... - тихо бормотал Бригадир, не замечая, что после смерти вывертка приобрёл опасную привычку разговаривать с собой.

Сборы не заняли и минуты - автомат почему-то нашёлся сразу, там же, где ему и должно было лежать - у костра, чуть правее того места, где всю ночь просидел Бригадир.

- Да уж... Ну не лешатина ли?

Затоптал едва тлеющее костерище и побрёл в сторону зыбкого городского марева.

Предрассветная умирающая ночь впитала понурую фигуру.

 

7.

Если бы не гляделки, он, наверное, рухнул бы в зияющее провалом - от кроны до земли - дупло уродливого пустоствольного дерева. Неохватно-громадный дуб внезапно возник на пути, словно выскочил из канавы обвалившейся теплотрассы.

- Ни фига себе ловушка, - приговаривал Бригадир, обходя древесного монстра на третий круг.

С одного бока дуба сучья были изломаны, ветви - примяты, а истрескавшаяся кора ствола подмокшей, словно дерево и впрямь лежало на боку в засаде, поджидая жертву. Но не это заинтересовало Бригадира. Уж больно походило дерево на тот самый дуб из "ТриПсиха", о котором говорил мутант.

Словно наяву снова услышал Бригадир слова вывертка:

- Давно нет той улицы и того района, где дом Тутуськина презервативусы разрушили, надеясь заживо похоронить недовылупившегося ангела. Лес и мусорные горы отвоевали эту оккупированную городом территорию. Но там, - мутант еще тогда рукой махнул в сторону заросшего колючим хламом кОпытного Поля, - до сих времён стоит дуб увечный - дупло в нём до самой земли. Мимо будешь ненароком пробегать - будь добёр, не поленись - пошарь в недрах Дупы Дубовицкой, может, что интересное найдешь. Вот тебе и будет маленькое доказательство моей правоты...

Бригадир присел на корточки у гигантского дупла, внимательно всмотрелся в черноту провала. Гляделки осветили пустое древесное нутро. И вдруг на самом дне что-то блеснуло. Бригадир осторожно свесился над гнилым краем дыры, потянулся и достал огромный бриллиант - не серый самородок, а уже ограненный, сверкающий в свете гляделок многоцветием радуги. Бригадир сдернул гляделки и невооруженным глазом уставился на драгоценность.

- Ни хрена себе, - пробормотал он удивлённо, разглядывая сокровище. - Это ж на всю жизнь.

Бригадир скромничал: находки хватило бы, чтобы обеспечить безбедное существование не только себе, но и всей поп-богеме высокоприставленных к Смотрящему гламурзиков. Не положил же его сюда сам выверток, чтобы убедить Бригадира в своей правоте! Значит, это тот самый бриллиант, который ворона, подбитая Васиным ухом, когда-то выдолбила из глазницы Ка-Горского Смотрящего, усопшего по госзаказу.

- Получается, я иду тропой медбрата Васи из "ТриПсиха"... Только в обратную сторону, - зажав в кулаке драгоценность, сделал вывод Бригадир.

Так, значит, есть какая-то правда в бредовом мифе, поведанном вывертком:

... О том, как легко перестать быть человеком и стать куском мяса для подобных себе...

...О том, как бессовестно можно спекулировать идеалами с помощью лживых идеологий и творить чудовищные вещи руками оболваненых, прикрываясь канонами о милосердии...

...О мутации человеческих душ, о подмене веры суевериями...

...О слиянии двух человеческих рас, искусственно выведенных имперской Азиопией - homo soveticus'ов и homo partocratus'ов - в homo preservativus'ов...

Бригадир повертел камень в руке - тяжёлый… ну, красивый... ну, блестит... Ослепнуть от такого богатства можно в один миг... Вот оно - доказательство правоты вывертка, обращавшее всё Бригадировское мировосприятие шиверток-навыверток.

Пожал плечами, положил драгоценность в карман и пошел дальше.

Находка драгоценного камня не стала для Бригадира осуществлением мечты о счастливой жизни. Он шёл и думал, что, наверное, не то раньше принимал за мечту. Потому что сейчас она какая-то другая. И если бы Бригадира попросили описать её, только и смог бы сказать - розовая.

 

8.

Вася блаженствовал на новом месте. Как всё здорово устроилось! Все системы души функционировали нормально, даже бывалая опаска не проявляла признаков волнения. Вася стряхнул перхоть стрессовой накипи, принял насыщенно алый окрас и, поудобнее устроившись в кресле-качалке, принялся наращивать массу розовой мечты:

- Буду красивым и толстым, и сбудусь, обязательно сбудусь. Не этой жизни, так в следующей.

Скоро, совсем скоро он окончательно оформится, окрепнет и целиком завладеет сознанием Бригадира.

За последние несколько часов глюк-мечта изрядно пополнел, раздался вширь, округлился, заматерел уверенностью. Правда, не хватало определенности, некоей законченности, маленького штриха, чтобы посчитать миссию успешно выполненной и с чувством исполненного долга почивать на лаврах.

Но Вася чувствовал: ещё немного, ещё чуть-чуть мыслительных усилий, и он поймет, что надо Бригадиру в этой жизни.

Вася порылся в последних мыслях Бригадира: сумбур, стихия, хаос... Из этого хлама нужно, перебрав по зернышку, выбрать самое-самое полётное, из этой легко улетучивающейся фракции выжать концентрат и пропитать им сознание Бригадира.

Люди часто сами не знают, какие мечты живут в них. И неправда, что мечта, исполнившись, умирает. Она переходит на новый уровень. От человека зависит - выше или ниже. Лишь бы мечта не смутировала в навязчивую манию.

Вася крепко запомнил из "ТриПсиха", чем закончилась светлая мечта чиновника, политического экс-символа той мутной эпохи.

Тюльпаны, море, коровы голодранки-рекордсменки - все благие намерения обернулись для Ка-Горска адскими тварями Глубоковского болота и Вечной Зимой. Повесился мэр Бубенчиков в своём неприступном мэрском кабинете - на колготках последней любовницы, мадам Ка-Горского борделя...

 

9.

Бригадир и не ведал, какой страшный переполох устроил на чертополошном поле, похоронив там вывертка.

Едва человек затерялся в лесу, чертополохи заскрежетали жесткими листьями, зашуршали колючками и со скоростью перепуганной улитки начали расползаться в разные стороны - подальше от могилы.

К исходу ночи, когда с неимоверно мучительными усилиями колючие великаны кое-как расступились, задрожала могильная земля. Задрожала и пошла перекатываться волнами, словно выпихивая из себя тело мутанта.

От потрясений прикрывавший могилу холм начал проваливаться и осыпаться. А земля продолжала мучительно-судорожно пульсировать, выталкивая на поверхность труп неглубоко зарытого вывертка.

Первым показался из земли заострившийся нос.

 

10.

Не сказать, что смерть от руки Бригадира Тощий принял с радостью, но некоторое греховное облегчение успело промелькнуть в последний перед летальным исходом миг.

Когда выдернутый из кошмара Бригадир накинулся и начал душить, Тощий искренне удивился. Сначала инстинктивно сопротивлялся. Но когда почувствовал, что силы на исходе и душа вот-вот покинет тело, стало вдруг легко-легко. Так надоело жить непомнящим, так устал Тощий от нескончаемых пыток обрывочных воспоминаний, и такой сомнительной была последняя сделка неизвестно с кем... А в смерти растворялись все сомнения, становились бессмысленными любые головоломки типа "правильно-неправильно", "этично-неэтично"...

Так что, последний удар остановившегося сердца вывертка получился умиротворенно-блаженным - вот оно, избавление. Запоздало зарождаюшаяся головная боль была обречена умереть вместе с ним.

Но боль оказалась настырной и продолжала доставать Тощего уже посмертно. Может, это стало наказанием за непротивление смерти, однако трудно терпеть, когда тебе, упокоившемуся, смиренно лежащему в могиле, долбят череп отбойным молотком. Изнутри.

Тощий не выдержал - начал дышать, кашлять и ворочаться.

- Да что ж это такое, - простонал он, отплевываясь комьями могильной земли, - и на том свете жить невозможно, куды же мне, бедному, ещё податься...

Голос, вместо того чтобы увязнуть в могиле, раскатился волной куда-то далеко-далеко и вернулся эхом:

- ...бе... да... ться... ся...

На полминуты удивление затмило головную боль: в эхо вплетались посторонние шумы, более всего похожие на возмущенный шепот... чертополохов!

- ...еще мутантов не хватало, этак сами скоро смутируем...

- ...выкидывай, от него несварение только...

- ...может все-таки отведаем - органика...

- ...только попробуй - выкорчуем, камикадзе...

- ...мы в единый узел друг на друге завязаны...

- ...протянем корни взаимовыручки...

- ...ну чем мы не триффиды, чем не славные потомки великана Худвига*…

- ...да, HERACLEUMы MANTEGAZZIANI мы*... и не потерпим на нашей территории...

- ...при свете дня никто не смеет... зафурокумарим*...

- Ррраз... два... три... Выкидывай!

Тощего приподняло на гребне вздыбившейся могилы и швырнуло вверх. Покойник распахнул удивлённо глаза и увидел над собой небо - чёрное, в рваных подтеках туч, но вполне реальное.

Пока летел, успел сгруппироваться и даже подумать: он что - как-то некачественно умер? Иначе, откуда на Том Свете чертополохи, головная боль и могилотрясение?

Корни деревьев предусмотрительно шарахнулись в сторону, чтобы мутант не стукнулся о твердокаменные корневые мозоли. Лишь один древний корешок-склеротик не успел сориентироваться. И Тощий приземлился копчиком на многовековой древесный желвак далеко за границей зачертополошенного поля. Рядом плюхнулась малая саперная лопата с выцарапанным на ручке "Бр-р".

Охнув, мутант растянулся на земле. Живой, значит... Хорошо, зарыли неглубоко. Но почему, если ударился задом, болит голова?! Тощий стиснул виски руками, зарычал. Да вырубите этого взбесившегося долбодятла!

Но долбежка в черепе не прекращалась. Кто или что-то упоенно сверлил Тощему мозги, колотил ломом, отковыривая целые пласты.

Головная боль затмевала всё: и неудавшуюся смерть, и неожиданное воскрешение, и отбитый копчик.

В отчаянии Тощий заколотил кулаками по земле. Мало того, что вернулся в ненавистный мир, на чертову помойку промзоны, еще и башка невыносимо разламывается, аж звезды в глазах.

Шатаясь и подвывая от нестерпимой головной боли Тощий поплёлся в сторону склона, где недавно был задушен.

Бредя по лесу, он нехотя размышлял о своем странном воскрешении, гадал, чем так прогневил высшие силы, что ему отказали даже в такой малости как смерть.

- Значит, жить мне поневоле приходится. Кощей, типа, я не только тощий, но и бессмертный. Такая вот затянувшаяся иллюзия предназначения. Иначе - почему я так хитромудро воскрес? Придушил меня Бригадир качественно, в этом можно не сомневаться. Шею, дурындас, повредил. А вдруг скособоченным останусь?.. Ладно, проведём следственный эксперимент...

Тощий остановился, поднял руку, направил палец себе между глаз, без колебаний и жалости выпалил самой матерной мудрой прямо в центр лба.

Ни ахнуть, ни испугаться не успел. Палец полыхнул огнем, из-под ногтя выскочила взбешенной осой дура-пуля и рванулась к цели. Но не долетев до мишени пару миллиметров упала, словно устала, отяжелела и решила поспать.

- Так-то, - прокомментировал чудо пшик-суицида Тощий. - Могу хоть стреляться, хоть в собственной вине топиться, хоть сразу на тринадцати осинах вешаться. Срок мой не вышел. Не пускают.

Тощий, устало выдохнул и упал, привалившись к бетонной опоре телеграф-дерева, обессиленный, измученный.

Со смерти мысли перескочили на Бригадира. И заныло от обиды сердце. С ним, как с человеком, а он... Вояка и есть вояка - дремучий, непролазный, тупой и скорый на расправу. А Тощий уже и разбежался: друга обрел после ста лет одиночества... Сомневался, маялся - не покаяться ли в том задании, что получил неизвестно откуда.

Задание! Так вот почему его вернули из посмертного царства. Значит, не до конца он свою миссию исполнил…

Да пошли они с этим заданием, с обретением памяти! Бригадир хоть и нервная сволочь - чуть-что, так сразу душить, не разобравшись. Но - человек. И нельзя с ним в такие бессовестные игры втёмную играть. А может, и не сволочь он вовсе - просто свихнулся от страха в снежном заносе. А кто бы не помешался, очутившись в эпицентре чёрной пурги? И как же он теперь-то, этот боец сбрендивший? Ведь не выживет без ума в лесу-то. Пропадёт.

Тощий вскочил. Найти его надо, отвести к себе, вылечить, чаем отпоить. Пусть потом идёт куда захочет. Только - куда ему идти? Ведь вряд ли Бригадир сможет жить по-прежнему... Всё из-за него, из-за Тощего.

Где ж теперь Бригадира искать?

Тощий метался по натоптанному пятачку между тремя деревьями, не зная на что решиться, куда кинуться...

Уже на подступах рассвета, как подтверждение предчувствия необратимости, ветер принес и бросил в Тощего отчаянный вопль:

- ...ыра, ...ашу ...ашу!

Шило непролазной тоски клюнуло в темечко усиливающейся болью. Выйдя из ступора, Тощий поймал ветер на палец, прищемил сквозняку хвост и заорал:

- Стой! Заворачивай! Веди откуда прилетел!

И побежал, не разбирая дороги, вслед за послушным воздушным потоком.

[1] [2]

 

Нам предъявили счет: